Шестопал Алексей Викторович

профессор, доктор философских наук

Заведующий кафедрой философии


Телефон (городской): 434-94-35

Телефон (внутренний): 13-10

Интервью

Алексей Викторович, наш проект называется «Лица МГИМО». Несколько слов о себе от первого лица.

 

Я учился в МГИМО, окончил факультет международных отношений. Как раз в прошлом году мы отмечали сорокалетие выпуска. Аспирантуру на нашей кафедре  окончил в 1970 году и довольно продолжительное время после защиты занимался философской и регионоведческой проблематикой вне МГИМО. В 1991 году вернулся в институт, а в 1995 был избран заведующим кафедрой.

 

Время было непростое. Как для страны, так и для университета...

Мне кажется, период 1990-х и 2000-х годов также важен для МГИМО, как период конца 1940-х - начала 1950-х. Это два решающих периода в жизни университета. Первый был периодом становления. К тому же он совпал со временем осмысления новой ситуации в стране, мире и места страны в этом мире. После окончания Второй мировой войны возникла совершенно новая международная конфигурация, и нужны были люди, чтобы работать в ней.

Затем, во второй половине 1990-х - первой половине 2000-х годов, снова радикально изменилась и внутренняя, и международная ситуация. Опять пришлось переосмысливать роль России в мире, а МГИМО – готовить специалистов в соответствии с вызовами нового времени.

Конечно, оценку нам будут давать потом, но я думаю, не будет преувеличением сказать, что МГИМО с честью вышел из того затруднительного положения, в котором оказался вместе со страной.

Алексей Викторович, у Вас богатый опыт научно-образовательной деятельности не только в России, но и в странах Европы, Латинской Америки. Сталкивались ли Вы за рубежом с компетентностым подходом, который положен в основу реализации Инновационной образовательной программы МГИМО?

Думаю, мы все с ним сталкивались. Просто не называли его  компетентностным. Ведь что такое «компетентностный поход»? Это когда вуз четко осознает, что хочет получить в результате преподавания того или иного курса.

Если говорить об университетах, с которыми я тесно сотрудничал, я бы выделил Колехио де Мехико. Это одно из лучших учебных заведений не только в Мексике, но и во всем регионе. Давно, еще в шестидесятых, я был там стажером. Тогда Колехио де Мехико работал совместно с Экономической комиссией ООН по странам Латинской Америки. Курсы строились так, чтобы в результате их преподавания из университетских стен выходили практики, способные вести достаточно крупные проекты.

Так что обучение велось полностью в соответствии с принципами компетентностного подхода. И это было, напомню, в шестидесятых! Вообще, ошибка думать, что подобные вещи открыты нами. Как правило, у каждого серьезного дела есть традиция.

Если вспомнить историю российской высшей школы, то мы поймем, что с компетентностным подходом было связано очень многое.

Взять, к примеру, наши дореволюционные университеты в тот период, когда зарождалась социология. Предполагалось, что, помимо теоретических знаний, все учащиеся будут получать навыки практических исследований. Это относится и к экономическому образованию. Уже в конце XIX века все выпускники, которые специализировались по экономическим дисциплинам, очень хорошо владели методикой экономанализа и проведения конкретных исследовательских работ.

Поэтому многое, что касается компетентностных методов, нам нужно искать в том числе и в своих традициях. Но при этом, конечно, перенимать лучший мировой опыт. Это, кстати, очень характерно для МГИМО: быть открытым, не теряя своего.

Об открытости мы говорим часто: Болонский процесс, интеграция в Европейскую систему образования… А что своего, в первую очередь, мы не должны потерять?

У нас есть замечательная общекультурная традиция, и нам, конечно, нужно ее укреплять. Ядром этой традиции являются духовные ценности. Сейчас все более очевидно, что современная эпоха – это не только переход от индустриального общества к постиндустриальному, но и переход от общества секулярного к обществу постсекулярному. Мне думается, что наша культурная традиция прошлого в сочетании с удивительным духовным обновлением последних десятилетий красноречиво это доказывают.

Нет ли опасности, что обновленные ценности будут нам навязываться?

Опасность есть, конечно. Есть разные опасности. Более видимые и менее видимые. Но я хотел бы обратить внимание на то, что МГИМО, помимо внимания к профессиональной подготовке студентов, довольно много делает для духовно-этического развития личности.

Простой пример. У нас есть центр «Церковь и международные отношения», руководителем которого является профессор Андрей Борисович Зубов. Когда он пришел работать к нам на кафедру, он предложил факультативный курс по истории религии, рассчитанный на 4 семестра. Я ему сказал: «Андрей Борисович, вы подумайте, все-таки пятница, пятая пара… Кто же придет на четыре семестра?». Он говорит: «Ну давайте попробуем».

Хорошо, давайте попробуем.

Сначала пришло 20 человек, 30 человек, потом стало ходить по 70-80.

Ребята, которые прослушали эти четыре семестра (а сейчас таких уже несколько поколений) не хотели терять друг друга после окончания курса и организовали семинар-клуб, где время от времени проходят встречи. Они сами делают доклады, приглашают интересных людей… Вот такой пример. Это абсолютно добровольная вещь. Не было никакой команды, никакого нажима. И 70-80 человек – это немало, я вам скажу. На меня это производит очень отрадное впечатление.

Так что мне кажется, что для перспектив нашего образования очень важно, каковы будут его духовные основы.

Насколько могут быть совместимы такая фундаментальная наука как философия и компетентностный подход?

Насколько философия может быть прикладной? Такой сторонник компетентностного подхода, как Аристотель, считал, что может. Он воспитал Александра Македонского. Прямо скажем, не последнего человека, который продемонстрировал эффективность своей профессиональной деятельности. Правда, тот проект, который он осуществил - проект империи - несколько отличался от проекта Аристотеля, который все-таки оставался в рамках полиса…

Видите ли, я бы даже не назвал философию наукой. Философия – особый тип знания. Думаю, что он важен для каждого как некая система координат, система ориентации для того, чтобы не быть игрушкой в чужих руках, иметь возможность самостоятельно осуществлять свой выбор. Это важно. Особенно в такие сложные переходные эпохи, как та, в которой мы живем.

Сейчас мы можем предъявлять какие угодно претензии к нашему времени. Но у нас есть удивительная свобода выбора. Может быть, вас немножко удивляет мое заявление, но я имею возможность сравнивать с другой эпохой. С одной стороны, нельзя сказать, что та эпоха не предоставляла возможности выбора… Выбор есть всегда. Вопрос в степени его ограничения.

Сейчас трудно оценить степень свободы. Но, согласитесь, вы приходите в магазин, покупаете любую книгу. Доступно все, что раньше можно было прочитать только в Спецхране, добыв разрешение…

…Но сейчас только ленивый не говорит об отсутствии свободы слова.

Я понимаю беспокойство по поводу «цензуры», но могу рассказать о цензуре, какой она бывает. Это несравнимые вещи. Сегодня вы идете, покупаете билет и едете, куда хотите – были бы деньги. Вы слушаете любую радиостанцию, читаете любую газету мира. Нужно ценить то, что есть.

Вообще, русское общество получило очень жестокие уроки за то, что не ценило того, что имело. Накануне страшных событий 1917-го года, которые ввергли страну во все последующие «приключения», русское общество уже имело массу гражданских свобод. И вместо того, чтобы ценить и укреплять то, что есть, общество начало кричать: мало, мало, мало… Ну и получило то, что получило.

Сейчас мы тоже можем кричать, что нам мало. Хотя совсем не мало. Надо пока освоить то, что мы уже обрели, и к чему в массе своей были совершенно не готовы.

Работая над реализацией Инновационной образовательной программы, мы столкнулись с тем, что многие сотрудники отнеслись к ИОП, так сказать, «без особого энтузиазма».

Если говорить о нашей кафедре, мы как раз приняли – причем без всякого административного нажима – активное участие в конкурсе на создание учебно-методических курсов. Сейчас у нас есть команда под руководством профессора Додельцева, которая работает по направлению практической психологии дипломатов. При участии дипломатов-практиков уже выпущен учебник. Причем только он вышел для факультета международных отношений, как сразу же появился заказ на подобный учебник для факультета международной журналистики. Так что мы, кроме философии, по существу, являемся и кафедрой психологии. И хотя это не обозначено в названии, но реально это так: курсы по психологии занимают по объему не меньшее место в нашем расписании, чем курсы по философии.

Вторая команда под руководством профессора Глаголева работает по кросскультурной проблематике. Разрабатывается также учебно-методический комплекс по проблемам педагогической психологии – над этим работает доцент Лютова.

Действует еще межкафедральная команда, которую возглавляет доцент Шишлова. Она занимается проблемами компетентностного подхода. В прошлом семестре у нас прошло заседание кафедры, посвященное проектному и компетентностному подходам.

Так что в инновационной программе кафедра участвует довольно активно. Среди коллег я, честно говоря, не вижу никакого противодействия целям и задачам ИОП.

Можно, скорее, говорить о сложностях, которые возникают в процессе работы. В прошлом году очень многие преподаватели нашей кафедры были в зарубежных стажировках по линии Инновационной программы. И они писали эти отчеты потом, и «рыдали» над ними: сложная система отчетности.  Но все написали, и самое главное, съездили хорошо.

Кстати, по этим отчетам у нас были очень интересные чтения. Каждый декабрь мы проводим традиционные «Шишкинские чтения», посвященные той или иной философской проблематике. В прошлом году мы взяли за основу статью ректора «Фундаментальность в общественных науках», которая вышла в «Независимой газете». Это очень интересная статья. У нее любопытная история: она готовилась к встрече с Президентом по проблематике научного развития России. В статье есть и философский раздел. Мы взяли за основу как раз тему фундаментальности гуманитарного знания и решили на основе впечатлений от наших стажировок сделать панораму мировой философии, основываясь на тех проблемах, которые были поставлены в статье Анатолия Васильевича. Надо сказать, получилось очень интересное заседание, с дискуссией, спорами. Но несмотря на споры, все согласились с той позицией, которая была озвучена в статье: закончился период заимствований зарубежной теории, который был характерен для 90-х годов, и наступил период самостоятельного осмысления того, что происходит в мире, и того, что происходит у нас.

Как Вам кажется, есть ли что-то, чем кафедра философии МГИМО отличается от подобных кафедр других вузов?

Надо сказать, что на кафедре философии, а я помню ее с середины 60-х годов, всегда царила атмосфера свободы, причем не демонстративной, не показной, а настоящей. И до сих пор наша кафедра очень разнообразна по своим философским предпочтениям, политическим взглядам, конфессиональным принадлежностям: среди нас есть верующие, неверующие, православные, католики, иудеи. Есть либералы, социалисты… Такое же разнообразие и в философских предпочтениях. И я бы сказал, что благодаря как раз той традиции, которую заложил в свое время первый заведующий кафедры Александр Федорович Шишкин, все мирно уживаются, дружески общаются. Если это дискуссия, то она такая, какой должна быть. Ведь философия живет дискуссиями, спорами. Как только спор прекращается, философия умирает.

Март 2008

 

 

Hosted by uCoz